Сб, 18 сентября 2021

Что нужно для возрождения фондового рынка

Опытные игроки могут заработать и в кризис, но для возвращения на рынок частных инвесторов нужна стратегия долгосрочного роста

Европейский кризис длится не первый год и уже привел к существенному сокращению объемов производства во всем мире, угрожая рецессией всей глобальной экономике. Финансовые системы, товарные и денежные рынки, производство и потребление, потоки капитала настолько взаимосвязаны, что макроэкономические риски еврозоны перерастают в трудно диверсифицируемые глобальные риски.

Возрастает влияние политиков и монетарных властей на экономическую ситуацию, а новостной поток ежедневно сказывается на поведении инвесторов.

Под влиянием экономических проблем фондовые рынки показывают резкую негативную динамику. Сокращаются горизонты инвестиций, из-за непредсказуемости ситуации и повышенной волатильности финансовых рынков долгосрочное инвестирование становится проблематичным, а альтернатив безрисковых вложений для частных инвесторов становится все меньше.

Макроэкономический анализ вытесняет фундаментальный. Участников рынка больше волнуют текущие статистические данные по прибыли и росту компаний, а не их показатели по инвестициям в будущее развитие. Циклы принятия решений зачастую не выходят за рамки опубликования квартальной отчетности.

Возросшая взаимная корреляция и волатильность выбивают с рынков частных инвесторов, не позволяя им зарабатывать как прежде. На рынке доминируют профессиональные управляющие и рыночные спекулянты. Биржевая торговля формализуется, возросла популярность алгоритмического трейдинга. Значительно увеличилась активность биржевых роботов, торгующих на основе алгоритмов высокочастотной торговли.

Инвестиции стали уделом профессионалов, готовых конкурировать друг с другом и методологически, и технологически. Что же в этой ситуации делать частным инвесторам?

Прежде всего, думать о сохранении средств. Волатильность и неопределенность увеличивают риски. Частные инвесторы должны переводить свои капиталы в надежные ликвидные активы и заниматься активным управлением вложениями в поисках точек роста. В условиях глобализации экономики и большой взаимной корреляции финансовых, фондовых и товарных рынков сама идея диверсификации оказывается несостоятельной. Рынки живут в вечном сегодня.

При этом ряд компаний демонстрируют способность адаптироваться к текущей ситуации. Исчезнувший было stock picking (выбор отдельных акций для инвестиций) вернулся и стал доступен инвесторам в виде исключений. Например, в момент опубликования квартальной отчетности Amazon спекулянты и биржевые роботы восприняли данные по прибыли и выручке негативно и начали опускать котировки. Но опытные инвесторы увидели в отчетности увеличение инвестиций в развитие, оценили это позитивно и начали покупку акций.

Обратите внимание на компании, оказывающие услуги, без которых современный человек уже не мыслит свою жизнь, — Google, Walmart, Apple. А также компании, обладающие большим запасом наличных средств, при любом негативном развитии событий они в состоянии обеспечить текущую деятельность за счет подушки ликвидности. Здесь корреляция с рынком будет снижаться. Поиск таких отдельных исключений позволит сохранять свои инвестиции и даст потенциальную возможность заработать.

В целом же необходимость изменения ситуации, необходимость реформ и восстановления экономик должна заставить инвесторов, регуляторов и политиков приступить к кардинальным изменениям экономической модели на финансовых рынках. Нужно изменить рыночную философию, сделав стратегию долгосрочного роста основным приоритетом инвестирования.

Без изменения мотивации топ-менеджеров корпораций, пока нацеленных только на квартальные показатели, а не на долгосрочный рост, без принципиального решения долговых проблем стран невозможно выйти из кризисной ситуации.

 

Финансовый кризис в Европе: долговая карта региона

Долговой кризис в Европе сейчас, пожалуй, самая горячая экономическая тема. Forbes решил разобраться, кто кому и сколько должен

Для анализа мы выбрали четыре проблемные страны (Грецию, Испанию, Италию и Португалию), три стабильные (Германию, Нидерланды и Финляндию) и Францию, которая находится в пограничной зоне. Кроме того, в качестве справочной информации приведены показатели России.

Как читать карту? Возьмем для примера Испанию. В колонке справа приведен общий долг этой страны перед иностранными банками — $571,5 млрд (государственный сектор — $76,5 млрд, банковский — $151,3 млрд, небанковский частный — $343,2 млрд). В колонке слева указаны три крупнейшие страны-кредитора (совокупные вложения банков) каждого из госу-дарств, представленных на карте. Больше других в экономику Испании вложили банки Франции ($115 млрд), Германии ($140 млрд) и Великобритании ($85 млрд). На что обратить внимание? Французские банки инвестировали больше всех не только в Испанию, а еще в Италию и в Грецию, кроме того, они третий кредитор Португалии (общая сумма вложений в проблемные страны — $509 млрд).

Фунт лиха вместо фунта стерлингов

Бристоль вводит собственную валюту – бристольский фунт. Таким образом муниципальные власти намерены бороться с кризисом еврозоны, скандалами вокруг английских банков, а также поддержать местный бизнес. Странная идея для международного порта, говорят скептики.

Власти британского города Бристоль вводят собственную валюту – бристольский фунт, который первоначально будет равен по стоимости британскому фунту стерлингов, сообщает AFP. Купюры номиналом 1, 5, 10 и 20 бристольских фунтов будут введены в обращение с сентября 2012 года. На банкнотах изображены знаменитые жители Бристоля и местные достопримечательности, в том числе самолет «Конкорд», который был частично разработан в этом городе.

Поменять бристольские фунты на фунты стерлингов можно в отделениях местной Bristol Credit Union, заплатив комиссию в 3%. За счет этих платежей, а также комиссии за электронные переводы будут финансироваться выпуск и хождение валюты.

Введением собственной валюты власти города с населением почти полмиллиона человек надеются минимизировать последствия экономического кризиса для Бристоля. Местные деньги стали особенно актуальным на фоне последних скандалов с британскими банками, добавляют авторы концепции.

В начале лета под удар попал Barclays, где были выявлены махинации с межбанковской процентной ставкой LIBOR, что закончилось штрафами и отставками в руководстве. В середине июля власти США обвинили HSBC в отмывании миллиардов долларов, принадлежащих мексиканским наркокартелям и государствам-изгоям, таким как Иран, Сирия и Северная Корея, а в начале августа финансовый регулятор Нью-Йорка пригрозил приостановить выданную штатом лицензию Standard Chartered за нелегальные операции с «иранскими финансовыми организациями».

Основная цель местной валюты – поддержка локального бизнеса, считают авторы идеи. «Около 80% денег утекают из города, если они выплачиваются мультинациональным корпорациям, но эти 80% останутся, если будут потрачены в местных магазинах», – говорит один из создателей местной валюты Киран Мунди.

Локальные валюты, выпускаемые в обращение параллельно с основной государственной, эмитируют местные власти, как правило, для поддержки местного торгового бизнеса. Это распространенная практика: решение о запуске параллельных денег принимает собрание городских депутатов.

 

В онлайн-базе complementarycurrency.org зарегистрировано более 225 местных валют, 102 из которых функционируют в Европе. В США существует около 75 местных валют, большинство из них появились более ста лет назад. Небольшие города регулярно объявляют о введении локальных денег. Так, осенью прошлого года стало известно, что латвийский портовый город Вентспилс выпустил свою валюту. Власти города объяснили свои действия желанием привлечь туристов.

Муниципалитеты привязывают локальную валюту к основной валюте государства и реализуют населению с 5–10-процентным дисконтом. Глобальные корпорации – McDonald's, Tesco, Wal-Mart и др. – обычно не принимают участия в муниципальных экспериментах.

Таким образом, население города может потратить локальную валюту только в городских магазинах. Соответственно, продажи местных предпринимателей растут.

Предполагается, что бристольские фунты можно будет тратить и на выплату налогов, а городская администрация предложила своим 17 тыс. служащих получать часть зарплаты в местной валюте. К проекту готовы подключиться торговые центры.

Новая валюта будет признана после подписания соответствующего соглашения.

Многие бристольские бизнесмены поддерживают инициативу, рассчитывая, что своя валюта позволит локальным компаниям успешнее конкурировать с международными корпорациями. «Я родился и вырос в Бристоле, хочу поддержать местный бизнес и сделаю так, чтобы бристольский фунт укреплялся», – говорит специалист по страхованию Ричард Райт, который решил, что его компания Wright Guard будет участвовать в проекте, как только услышал о нем.

Но не все жители Бристоля полагают, что проект станет успешным: такая идея кажется странной для города, который обеспечил свое процветание в первую очередь как международный порт и центр авиационной промышленности.

«Иметь собственную микроэкономику в большой макроэкономике не совсем правильно», – говорят совладельцы магазина одежды Shop Dutty Луиза Джонс и Джо Риндон, которые опасаются, что нововведение только усилит административное давление. Инвестиционный менеджер базирующейся в Бристоле финансовой консалтинговой компании Hargreaves Lansdown Бэн Экрсли также не торопится менять собственные стерлинги.

«Введение новой валюты – просто большая схема подарочных сертификатов. По сути, ничего не изменится, местному бизнесу стоит конкурировать за счет сервиса и качества», – скептичен он.

Бристоль станет вторым городом Великобритании, который вводит свою валюту: в 2008 году это сделал небольшой южный город Льюис.

Что будет дальше с мировой экономикой? Узнаем осенью

Новый раунд количественного смягчения лишь замаскирует проблемы мировой экономики. А потом придется придумать новые пути и новые методы лечения

Несмотря на все усилия европейских властей, экономика Европы не подает никаких признаков выздоровления. Бедствующая Греция ни на шаг не продвинулась в решении своих проблем, прошедшими выборами лишь отсрочив «момент истины» на неопределенный, но вряд ли столь отдаленный срок. Ситуация в Греции настолько тяжела, что про это практически перестали говорить, чтобы лишний раз не пугать инвесторов.

Под огромным давлением находятся Испания и Италия, чьи государственные облигации покупают только их же собственные банки по постоянно растущим уровням доходности, которые можно смело называть необслуживаемыми. Третий квартал подряд снижается ВВП. С каждым днем повышаются шансы того, что Испания обратится за полноценной программой помощи стране в целом и присоединится к Ирландии, Греции и Португалии. Масштаб последствий в случае реализации этого сценария будет куда значительнее. Ведь уже в текущих условиях видно, что «периферийный» европейский кризис начинает влиять и на экономику таких стран, как Франция и Германия.

Все это может казаться слишком мрачным и угрюмым, однако, к большому сожалению, риторика властей и представителей ЕЦБ пока не позволяет надеяться на большее. При текущей бюджетной и банковской системе в еврозоне эскалация проблем видится больше вопросом времени, нежели вероятности. На этом фоне все ждут объявления ФРС третьего раунда количественного смягчения, или QE3. Американская экономика восстанавливается не теми темпами, которых от нее ожидали, безработица не падает, а потребительский спрос и доверие не растут. Вопрос даже не в том, когда будет объявлено о планах на запуск QE3 — в августе или сентябре, поскольку рынки уже закладывают смягчение в цену бумаг и валют и считают его начало почти решенным делом. Вопрос в том, что будет после. Конечно, из-за большого количества вливаемых в экономику долларов сперва последует ралли, когда вся эта ликвидность будет тратиться на покупку ценных бумаг и других активов и теоретически приводить к повышению спроса в экономике. Обесценится доллар, вырастет по отношению к нему евро.

Но, по прошествии короткого времени люди снова увидят структурную природу экономических проблем, которые не исправить только вливаниями ликвидности. Все меры, которые предпринимались со стороны ФРС после QE1, не смогли подстегнуть рост и значительно улучшить макроэкономические показатели, так на каком основании можно ожидать успеха в этот раз? Позитивный эффект от QE3 будет через какое-то время нивелирован постоянно увеличивающимися европейскими политическими и экономическими рисками, и ухудшение ситуации в Европе так или иначе отразится на США. Только, в этот момент в обойме монетарных органов станет на один доступный инструмент стимулирования меньше.

Очевидно, что осень 2012 года станет во многом определяющим временем для мировой экономики. Политические и экономические лидеры должны четко показать свою нацеленность на борьбу с текущими проблемами. Однако, возможно, пора реализовывать это иными путями, иными методами, нежели теми, которые раз за разом показывают свою неспособность коренным образом исправить ситуацию. Ну а время на это, судя по всему, будет куплено очередным раундом смягчения в США и Европе. 

Испания не будет просить ЕС выкупить ее долг

Испания не будет просить у европейских фондов выкупить ее долг, заявил глава министерства финансов Иниго Фернандес де Меса в интервью газете Expansion, передает "Вести Экономика".

"В повестке дня Испании нет просьбы к фонду о покупке долга, вовсе нет. Этого не случилось, и я могу уверить вас, что этого не случится", – сказал Фернандес де Меса.

Таким образом, министр опроверг информацию, просочившуюся в СМИ на прошлой неделе, что на встрече министров финансов Испании и Германии обсуждались €300 млрд кредитных средств.

Министр финансов, впрочем, признал, что стране необходимо снижение доходности гособлигаций. Он также сообщил, что министерство финансов в 2013 году выпустит облигации для тех регионов, которые просят о финансовой помощи.

На сегодня семнадцать автономных регионов Испании не имеют доступа на рынки капитала, и многие из них хотят попросить кредит у центрального правительства для улучшения своей финансовой ситуации.

В субботу глава Еврогруппы Жан-Клод Юнкер сказал, что лидеры еврозоны решат в ближайшие дни, какие меры принять для борьбы с ростом доходности испанского госдолга, которая на прошлой неделе достигла исторического максимума.

Фернандес де Меса утверждает, что доходность десятилетних испанских облигаций на уровне около 7% не связана с фундаментальными показателями экономики, и надеется в скором увидеть коррекцию.

 

Экспансия: российские банки активизировали покупки за рубежом

Означает ли объявленная Сбербанком сделка по покупке турецкого Denizbank начало масштабных инвестиций на европейском банковском рынке?

Активность российских банков на фронте М&А возросла, как по количеству, так и по размеру сделок. На прошлой неделе Сбербанк объявил о покупке турецкого Denizbank за $3,5 млрд. В феврале Сбербанк сообщал о покупке VBI, небольшого банка, оперирующего в ряде восточно-европейских стран. В случае с Denizbank, продавцом является франко-бельгийский банк Dexia, разорившийся в результате кризиса. VBI был выставлен на продажу aвстрийким VBAG. Цены на банковские активы может быть и находятся на низких уровнях по сравнению с докризисными уровнями но, так или иначе, это были крупные транзакции: $660 млн за VBI и $3,5 млрд за Denizbank.

Эти транзакции последовали за значительными приобретениями внутри страны: так Сберанк получил контроль над крупным брокерским бизнесом («Тройка Диалог») за $1 млрд, а ВТБ поглотил Банк Москвы (за $9,5 млрд). Эти сделки происходили на фоне затухающей транснациональной активности М&А в Европе и Восточно-Европейском регионе. Могучий поток, который ранее измерялся десятками миллиардов долларов суммарно, в после-кризисный период превратился в небольшой ручеек. Повторение транзакций, подобных приобрeтению Societe Generale Росбанка, где покупка контрольного пакета в $2,3 млрд при рекордно высоком мультипликаторе (5,9) акционерного капитала, сейчас представляется просто нереальным.

Оценка привлекательности входа на другие рынки в основном определяется перспективами их макроэкономического роста. Интересно, что последняя транзакция Сбербанка была сделана на восточной «переферии» еврозоны, а не в ее развитой части. Здесь рост должен быть сильнее, так как эти страны относятся к категории «развивающихся» и для них не так велико влияние возможного коллапса в еврозоне. По оценкам макроэкономистов J.P. Morgan, реальные темпы роста валового продукта в 4,5% для Турции и 3,0% для Польши в 2013 году показывают большой отрыв этих стран от «старой» Европы. Именно Турция и Польша фигурирют в стратегии экспансии Сбербанка как приоритетные рынки.

Перспективы роста в восточно-европейской зоне вполне сравнимы с российскими. Здесь стимулом может явится географическая диверсификация, которая должна снизить риски концентрации бизнесса на домашнем рынке. В случае обвала цен на нефть, Турция и Польша как потребители энергоносителей получат «укол адреналина», тогда как российская экономика пострадает. Интересно, что одним из факторов эффективности М&А традиционно является трансфер бренда, технологий, продуктовой линейки и практики управления от покупателя к объекту покупки. Однако, судя по уровню развития и проникновения банковских услуг, банки еврозоны могут скорее научить, нежели научится у российских коллег. Такой расклад, конечно, ограничивает потенциал синергии от преобретения.

Но прибыльность операций должна сгладить и этот эффект. Прибыльность российских банков находится на высоких уровнях (как следует из динамики возврата на акционерный капитал ROE), которым в Европе могут только позавидовать. По всей видимости именно это и определяет изменение направления потоков инвестиций. Совершенно очевидно, что, в отличие от российских банков, европейские банки в наши дни явлаются потенциальными продавцами, а не покупателями. Зарубежная экспансия российских банков в Европе может продолжится, однако покупатели будут действовать осторожно, ограничиваясь небольшими приобритениями (скорее лицензий на развитие, нежели доли на рынке) в сравнительно благополучных развивающихся сегментах еврозоны.

 

Финансовые рынки уже 3-й год пляшут под европейскую музыку. Почему?

Недельный премаркет Forbes: правительства ключевых стран еврозоны и ЕЦБ оказались «в плену у теории». Но от них необходимы действия здесь и сейчас

Вот уже третий год мировые финансовые рынки, так или иначе, но пляшут под европейскую дудку. Очередной аккорд прозвучал в четверг, когда рейтинговое агентство Fitch понизило суверенный рейтинг Испании на 3 ступени до отметки BBB. При этом, вспоминая события, произошедшие со времени обращения Греции за международными кредитами весной 2010 г. , испытываешь странное ощущение – абсолютно непонятно, как ситуация могла вообще зайти так далеко, как вообще могло начаться серьезное обсуждение возможности распада еврозоны.

И в 2010 г., и даже сейчас, если смотреть на еврозону в целом «с высоты птичьего полета», то ее проблемы не кажутся чем-то из ряда вон выходящим. Что такое 4% дефицита бюджета в Еврозоне в целом по сравнению с цифрами порядка 10% в Японии и США? Что такое 90% государственного долга к ВВП по сравнению с 100% в США и более 200% в Японии?

Тем не менее, проблемы в Европе усугубляются. Инвесторы бегут из активов периферийных стран, сами страны одна за другой расписываются в собственной неплатежеспособности. Конечно, еврозона состоит из гораздо более неоднородных частей, чем США, и тем более, Япония. Уже при создании Еврозоны звучали голоса, что объединение в единый монетарный союз таких разных стран, как Греция и Германия без создания единой системы контроля над доходами и расходами правительств, т.е. фискального союза, станет очень неустойчивым. Это мы и наблюдаем.

США в разгар кризиса 2008-09 гг. оперативно приняли программу прямой государственной поддержки проблемных компаний (TARP) в объеме $700 млрд., ФРС США осуществила на перманентной основе программы покупки активов более чем на $1 трлн. А что же мы видим в Евросоюзе?  

Общеевропейские фонды поддержки по линии правительств (EFSF и ESM) объемом, в совокупности, до €940 млрд., запускаются чуть ли не с момента начала кризиса, и механизм их работы до сих пор до конца не определен (впрочем, полномочий у них точно меньше, чем у американской программы TARP). Средства этих фондов предоставляются в час по чайной ложке, и именно из-за этого успешность этих кредитов под большим вопросом. Масштабы операций ЕЦБ до конца прошлого года вообще были пренебрежимо малы, трехлетние депозитные аукционы в декабре 11-го и феврале 12-го года смогли на 3-4 месяца существенно изменить ситуацию к лучшему, но ЕЦБ пока больше не планирует таких операций.

Все это тем более удивительно, потому что для ликвидации кризиса в зародыше и успокоения инвесторов по поводу облигаций Греции и других периферийных стран года полтора назад требовалось на порядок меньше денег и усилий. А теперь, наконец, начинают обсуждаться актуальные меры полуторалетней давности – выпуск единых еврооблигаций, общеевропейский фонд поддержки банков и гарантий по вкладам, и т.д.

Во многом, это происходит потому что руководители ЕЦБ и правительства стран-доноров в каком-то смысле «в плену у теории» – они проводят вполне правильную политику с точки зрения мейнстрима экономической теории, выработанную за десятилетия после периода высокой инфляции в конце 70-х гг., и рецессий первой половины 80-х: «Монетарная политика в долгосрочном периоде не влияет на темпы роста ВВП, Центральный Банк должен отвечать прежде всего за темп инфляции, меры государственной поддержки не должны стимулировать ее получателей к неэффективным решениям, в надежде, что они вновь ее получат». В принципе, не исключено, что лет через 10 аналитики будут восхищаться прозорливостью нынешних лидеров еврозоны, не идущих на поводу у конъюнктуры.

Однако, как говорил еще Кейнс: «В долгосрочном периоде мы все мертвы». А сейчас очень хотелось бы более активных и более эффективных действий от ЕЦБ и ключевых стран еврозоны – инструменты для выхода из кризиса прежде всего у них в руках.

Мировая экономика на грани обвала

«Те, кто наблюдает за рынками, обычно фокусируются на… Греции и Европе, но, возможно, упускают из виду намного более важные вещи — существенное замедление [экономик] Индии и Китая», — говорит в интервью CNBC издатель инвестиционного бюллетеня Gloom, Boom & Doom Report Марк Фабер в интервью CNBC.

Так, китайская экономика, судя по индексу HSBC Flash Purchasing Managers Index, отражающему активность корпоративных менеджеров по закупкам, замедляется седьмой месяц подряд. HSBC Flash Purchasing Managers Index в мае составил 48,7, а в апреле — 49,3 (уровень меньше 50 означает охлаждение экономики).

Фабера настораживают также и проблемы на рынке товаров и услуг высокого класса (high-end). «Все больше и больше акций компаний, обслуживающих… сектор high-end, падает в цене. Это значит, что состояние экономики, скорее всего, будет ухудшаться, а активы… — дешеветь», — говорит он. 

Фабер считает, что от грядущего кризиса пострадают экономики всех стран. «Я думаю, мы можем получить глобальную рецессию или в IV квартале, или в начале 2013 года. Это верно на все сто процентов», — говорит он. Учитывая грядущие проблемы, Фабер советует инвесторам перевести накопления в доллары США и купить больше золота.

Правда, в самом ближайшем будущем, по Фаберу, на рынках может начаться ралли, спровоцированное выходом Греции из Евросоюза. «Появится ясность. Хотя акциям банков и страховых компаний придется плохо, в целом рынки сейчас «перепроданны», — считает Фабер. Впрочем, вероятность развала еврозоны невелика, уверен он.

 

США грозит снижение рейтингов

«Пока мы не справимся со структурным дефицитом (бюджета), мы будем скатываться в зону (кредитного рейтинга) АА», — говорит в интервью CNBC генеральный директор инвестиционной компании PIMCO Билл Гросс.Сейчас Соединенные Штаты имеют кредитный рейтинг АА+ от агентства Standard & Poor's и AAA от Moody's и Fitch.

Гросс отмечает, что «структурный» дефицит бюджета США в 6-8% «больше, чем в какой-либо еще стране, за исключением Японии и Великобритании».  Сейчас прогнозируется, что в 2012 году дефицит бюджета составит более $1,17 трлн (-7,6% ВВП).

Сам Гросс сейчас считает, что кредитоспособность американской экономики можно оценить рейтингом АА+.

S&P отвело Грецию от дефолта

Греция больше не находится в состоянии «выборочного дефолта»: Standard and Poor's впервые с начала долгового кризиса повысило ее рейтинг, отметив готовность правительства страны к проведению реформ. Ранее Греция поднялась на одну ступень и в рейтинге Fitch. Рейтинги могут быть опять снижены, если Греции понадобится новая реструктуризация долга.

Standard and Poor's (S&P) повысило долгосрочный суверенный рейтинг Греции с SD, так называемого выборочного дефолта, на одну ступень — до ССС. Краткосрочный рейтинг страны повышен до С с SD. Прогноз по рейтингу Греции стабильный и отражает «нацеленность правительства страны на проведение реформ в бюджетной и налоговой сферах», несмотря на экономические и политические трудности, отмечает агентство.

О возможном повышении рейтинга Греции S&P предупредило еще в середине марта — в связи с завершением списания половины долга частными инвесторами. В марте Греция провела самый масштабный обмен облигаций в истории: Афинам удалось добиться согласия частных инвесторов на предлагаемые правительством Греции условия. В программе приняли участие 96,9% инвесторов. Большая часть подлежавшего списанию долга была обменена с дисконтом в 53,5%.

Но с учетом продленного срока погашения новых облигаций и сниженного процента по купону потери для инвесторов составили более 70%.

Сделка позволит сократить госдолг Греции более чем на 100 млрд евро и снизить долговое бремя с текущих 160% ВВП до 117% ВВП к 2020 году.

Благодаря договоренностям Греции с частными инвесторами международные кредиторы согласовали предоставление стране второго пакета финпомощи в 130 млрд евро. В обмен на кредитную поддержку и списание долга Греция обязалась продолжать жесткие меры экономии.

Эти меры ускорили экономический спад в стране, но, по мнению S&P, снижающийся, но все еще сравнительно высокий уровень дохода на душу населения Греции — $26,700 тысячи на конец 2011 года — продолжает оказывать поддержку ее рейтингу.

Тем не менее Греции в обозримом будущем может потребоваться повторная реструктуризация госдолга, признает агентство.

Всеобщие выборы в Греции 6 мая и длительная рецессия по-прежнему создают значительные финансовые риски, считают аналитики организации. Рейтинги могут быть снижены, «если мы увидим вероятность реструктуризации оставшегося объема задолженности Греции», предупреждает S&P.

Другое рейтинговое агентство — Fitch Ratings — подняло оценку кредитоспособности Греции еще в середине марта. Fitch установило Греции рейтинг B–. При этом агентство Moody's в марте сообщило, что кредитный рейтинг Греции в настоящий момент остается на уровне С — наиболее низком из возможных.

Решение S&P вряд ли окажет существенное влияние на рынок, считают эксперты. «Во-первых, агентства реагируют на ситуацию с серьезным запозданием — все уже в курсе греческой ситуации и отсутствия долговых проблем в краткосрочной перспективе. Во-вторых, традиционно более сильное влияние оказывает снижение, а не повышение рейтинга, — считает начальник аналитического отдела группы «Церих» Николай Подлевских. — Но все же решение S&P может благоприятно сказаться на снижении доходности греческих облигаций (сейчас около 20%)».

На прошлой неделе Standard & Poor`s лишило Испанию рейтинга A, снизив его сразу на две ступени — до BBB+. Поводом послужил рост долга страны

(до 76,6% от ВВП) в связи со спадом в экономике (оценка снижения ВВП в 2012 году — 1,5%).